?

Log in

No account? Create an account

d_velata

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
Каша из топора, или как не надо выбирать школу.


Поколение родителей бэби-бума 2000-х годов, к которому я принадлежу, помешано на развитии и образовании своих детей. Я говорю, конечно, о тонкой прослойке образованного населения двух столиц и крупных городов, это немного в масштабе огромной страны, но совсем немало в абсолютном измерении. Сейчас подрастают и скоро начнут взрослеть дети, которых воспитывали по доктору Сирсу, кормили грудью по три года, развивали с трех месяцев и т.п. И их много, в отличие от тех, кто родился во время демографического провала предшествующих лет.
Естественным результатом является высокая конкуренция в сфере образования. Амбициозных родителей, у которых на руках балованные, развитые и предназначенные к «успеху» дети, больше, чем мест в считающихся приличными школах. У этой ситуации есть последствия.
Подрастающему, 4-5 лет, ребенку начинают «искать школу». Тут есть несколько вариантов с довольно стандартными результатами. Попробуем выделить эти варианты:

1. «Не надо заморачиваться». «Подчинять жизнь семьи образованию ребенка абсурдно, мы как-то выросли и ничего». Под этим лозунгом ребенка сдают в «школу во дворе» или около того. Иногда это единственный помимо домашнего обучения вариант, например, некому возить далеко. Срабатывает только в том случае, если вам повезет с учительницей. На везение рассчитывать не советую, лучше сходите и проверьте сами. Критерии видавших виды ветеранов поиска школ: чтобы добрая, неленивая и умела построить. Все остальное, как-то высшее образование, оксфордский английский, 90-60-90, непрокрашеные корни волос, золотые коронки, наличие или отсутствие южнорусского фрикативного «г» – не имеет ровно никакого значения. У вас умный нестандартный мальчик? Сугубо советую привести в школу заранее и проверить, не раздражает ли он учительницу лично. Если вы не примете этих превентивных мер, весьма вероятна скрытая или открытая катастрофа с заиканием, нарушенным сном, ненавистью к учебе в принципе, результатом «взорву все школы, убью всех училок, буду дворником/бандитом/чернорабночим» или «возим хоть в Люберцы, но МарьИванна не психопатка».
2. «Выше только звезды», или «Только в кровь, и только в морду». 57-я, 67-я, лицей при ИСАА и т.п., или смерть. Естественно, именно этот контингент платит за бесчисленные «развивалки», детские сады с английским, развитие лидерских навыков с яслей и прочее в том же духе. Тут в свою очередь есть варианты.
а) Родители сами учились в этой школе, живут обычно примерно за углом, они свои, «форматные», лично знают учителей и т.п. Тогда везука, но счастливчиков мало. Совет, продиктованный многочисленными отзывами типа «я закончил эту школу в 1987 году, МарьИванна и Василий Петрович учителя от бога, школа зе бест!!!»: если вы принадлежите к этой категории, лучше проверить, что там творится сегодня и сейчас. Достаточно смены не то что директора, а завуча, чтобы в кратчайшие сроки от хорошей школы осталось бы воспоминание или коммерческая имитация.
б) «Мы достойны лучшего» (рейтинги в интернете прочесаны, сарафанное радио на развивалках прослушано, РЕШЕНИЕ принято). Обычно есть неработающая образованная мать или энергичная бабка на ногах, а также няня смотреть за прочими детьми, потому что образование ребенка по этому варианту – нормальная работа на 1,5 ставки. Включается система «подготовительных курсов» (это обычно завуалированная взятка за отсутствующие образовательные услуги, да еще без гарантии результата, потому что с курсов в школу берут относительно небольшой процент), «административного ресурса», загадочных инсайдерских «знакомых», соревнования, кто больше внесет в благотворительный фонд и т.п. По моим наблюдениям, в таком варианте прекрасно приживаются или свои в доску, или дети очень выгодных школе людей. И то не гарантия.
3. «И волки сыты, и овцы целы», или «Попроще и подобрее Поближе, но получше». Компромисс: ищем поприличней, но школу, до которой в принципе можно дойти пешком. Может пересекаться со вторым вариантом, если означенные условные 57-я, 67-я и т.д. по списку условно за углом.
Это тот вариант, по которому пошли мы: таскать в 57-ю с первого класса я была не готова, то, что в дворе, меня не устраивало, так что выбрали 52-ю (сейчас 1514), полчаса ходьбы, по московским меркам очень прилично. Речь идет о старой математической школе из «московской десятки», с репутацией, рейтингами и всем, чем надо.
Для того, чтобы прояснить дальнейший рассказ, вероятно, надо дать вводную по ребенку, назовем ее М. Избалованная, ленивая, пассивная и неорганизованная девочка, но умная и способная. Мы с мужем – ученые и преподаватели, в совокупности способные с некоторым привлечением репетиторов (собственно, носителей языка) дать ребенку объем знаний, значительно превышающий требования школьной программы, по крайней мере класса до восьмого. Органическую химию и стереометрию я уже не потяну). Заниматься начали очень рано.
К моменту поступления на подготовительные курсы 52 школы она, как и требовалась, свободно читала, считала в пределах десяти без пальцев и любила решать головоломки (в 1514 математику неустанными усилиями учительницы возненавидела, сейчас вроде отпускает). Приличные способности к языкам, чтение и разные знания (много занимались) Рассеянная и упрямая, но, в общем, послушная и совершенно безобидная. Источником проблем в коллективе не может быть по определению. Сейчас, перейдя среди года (!) в старую сильную языковую школу, она без особых усилий оказалась одной из лучших, подружилась с классом, стала круглой отличницей и получила от учителей кличку «подарочек», при том, что ни лень, ни серьезные проблемы с концентрацией внимания, ни природное отсутствие честолюбия, ни упрямство, ни неорганизованность никуда не делись.
Короче, на фоне среднего уровня очень даже неплохо. Все это было понятно и в ее пять лет. Мы наивно полагали, что школа не прогадает, взяв ребенка, а мы получим интеллигентную, доброжелательную, способствующую дальнейшему образованию школьную среду.
Ну что же, из знаний и навыков М. школе не понадобилось ровным счетом ничего. И она сама совершенно не понадобилась. У неё, у школы, оказались вообще совсем иные, весьма на свой лад любопытные соображения. Какие же? Попробуем разобраться.

Итак, вам повезло, и ваш ребенок ПОСТУПИЛ. Пять лет назад в 1514 еще действовала система подготовительного отделения, эквивалентного государственному детскому саду, то есть, если ребенок зачислялся по результатам собеседования, то он считался прошедшим по конкурсу в школу, а курсы, ВМЕСТО детского сада, стоили 500 руб. в месяц и представляли собой короткие символические развивалки в середине дня. Кстати, таким образом сразу отсекались те семьи, которые не могли позволить себе потерять государственный детский сад. Сейчас школа перешла на более типичную систему: дорогие платные курсы, на которые набирают гораздо больше детей, чем потом возьмут в школу.
Собственно, с подготовительного отделения начинается то, что и составляет сейчас суть пребывания в школе: аттракцион для родителей, которые должны быть уверены, что всё это НЕ ЗРЯ. С академической точки зрения подготовительное отделение бессмысленно: прошедших (или не прошедших?.. Про других не знаю, мы проходили) вышеупомянутое собеседование детей учат цифрам от 1 до 5 и буквам. В общем, это очень скучно. Родителям настоятельно предлагается версия, что это прекрасно социализирует ребенка и готовит его к коллективу. По сравнению с теми, кто приходит в первый класс без подготовишки (такие тоже были) – ну просто небо и земля. Родители это много раз повторяют самим себе и друг другу, так что начинают верить сами (иначе зачем всё это нужно?!!).
По окончании подготовительного отделения – внимание, ответственный момент – идет в ход один из основных инструментов: дети трех групп, за год привыкшие друг к другу, разделены и перемешаны, поскольку одно из необходимых условий поддержания атмосферы в школе – нервозность и ожидание каких-нибудь абсурдных перемен. Т.е. те же 75-80 детей перетасовываются из трех устоявшихся коллективов в три новых класса. Разумеется, строго с точки зрения психологического соответствия чему-то непонятному простым смертным родителям. Зачем?!! Мантра: доверяйте профессионалам. В случае М. после подготовительного отделения почему-то набрали детей еще на один класс, всего в результате было не три, как на подготовительном отделении, а четыре класса. Этим новопришедшим тридцати детям детям не было необходимости бросать детсад и таскаться на научно и психологически необходимую для социализации подготовишку. Как же так…
Ну что же, вот и 1 сентября, первый раз в первый класс. Сперва пробежимся по академическим верхам. Основная проблема для людей со старомодными взглядами на задачи школы неожиданная: школа не только ничему не учит, она даже не считает, что должна учить.
Вкратце позицию можно сформулировать примерно следующим образом: родители должны понимать, какая честь им оказана и какое неоценимое преимущество они получили, устроив ребенка в ШКОЛУ. Давайте посмотрим, что именно получает родитель и ребенок.
Предметы начальной школы – это русский язык, литература, математика, окружающий мир (ОМ), английский, информатика, физкультура, музыка, рисование/труд и ОРКСЭ. Они могут по-разному называться, но суть именно эта. Оценка по последним четырем предметам не ставится. С остальными ситуация примерно такова:
1. Целесообразность. Для развитого ребенка из интеллигентной среды академического значения все эти уроки почти не имеют. Русский – это в основном вопрос культуры семьи, литература – вообще не предмет, кроме особых случаев выдающегося учителя в старших классах. Иностранный язык школа иногда до некоторой степени может дать, но в 1514 он практически отсутствует. К учителям претензий нет, при таком составе групп, количестве часов и программе научить английскому нельзя. ОМ очень мил, но эти дети и так всё это знают. Информатика, казалось бы, может что-то дать, математическая школа, все дела. Ан нет. Замечательно то, что ничему не учить и при этом настоятельно требовать ухитрялись даже на уроках физкультуры: ребенок должен прийти туда готовым спортсменом, в формирование которого школа не вкладывает ничего, и сдать нормативы, с которыми проблемы были почти у всего класса. Например, не учат стоять и двигаться на лыжах: это обязан сделать кто-то за пределами школы.

2. Учебные пособия. Кстати, были очень неплохие почти по всем предметам, кроме русского. По литературе остроумно и приятно подобраны рассказики и стихи, никакого сравнения с нашим детством. Учебники ОМ вполне разумны и небесполезны. Петерсон по математике – нормальный учебник, хотя и с огрехами типа ошибок при объяснении темы. Информатика выглядит примечательно: в первом классе М. со товарищи еще занимались на казенных макбуках, потом, по словам М., они стали куда-то пропадать, и где-то в районе второго класса перешли на БУМАЖНЫЕ учебники по информатике. Очень славные книжки, мне таких как раз не хватало для развития ребенка, когда ей было 4-5 лет. Информатика на компьютерах была даже у меня в школе в 1991-92 году.

Совершенно безобразно в параллели М. обстояло дело с русским. Выбранная школой программа Соловейчик – это утомительный бездарный бред, основанный, кажется, на популярных теориях «фонетического» восприятия языка. Это тот самый знаменитый «йожыг». Представляю, сколько стоит государству, которому мы платим налоги, эта «система» с учебником, тестами, тренировочной тетрадью, всего по несколько штук на год, с хорошей полиграфией и непрерывными переизданиями, каждый год что-то меняют, старые учебники на помойку. Детям без имеющегося у М. врожденного и набранного чтением уровня грамотности Соловейчик откровенно мешает правильно писать, опровергая, судя по всему, теорию, что грамотности можно научиться со слуха (разговоры о репетиторах со второго класса). Впрочем, с точки зрения школы, это как раз может быть и неплохо: поддерживается атмосфера нервозной напряженности. Ну как ЭТО может работать? Старая мантра: «Доверьтесь профессионалам». Новая мантра: «Это же СИСТЕМА, вот увидите, там все хитро устроено, потом щелкнет и блестяще заработает» (архетипически описано у Андерсена в «Голом короле»). И тут мы плавно переходим к немаловажному вопросу о

3. Качестве преподавания. Вот тут-то начинается самое интересное. Как и было сказано, программа начальной школы для современного более-менее развитого ребенка академически вообще почти бессмысленна. Это обстоятельство усугубляется тем, что программа вместо прежних трех растянута на четыре года, а в данном случае плюсуется год дошкольного отделения, а дети в пять лет уже как минимум читают и считают. Ну что с ними делать эти пять лет? В сущности, школа может научить хорошо писать прописи, работать в коллективе и понимать, что такое дисциплина. Все это в начальной школе полностью зависит от классного руководителя, ведущего большую часть предметов. Учителем М. оказалась девушка-выпускница с красным дипломом, представляющая собой любопытный образец педагога новой формации. Новизна состоит в том, что учитель, собственно, не обязан ничему учить. Он не просто ленится, он и не обязан ничего делать, только контролировать то, что делают за него родители и внешкольные педагоги. На практике это означает, что вам активно мешают учить ребенка. Например, если бы М. сама каким-то образом не научилась бы блестяще, кажется, лучше всех в классе, делать абсурдный «звуко-буквенный разбор», я бы не смогла ей помочь.
На тот момент, когда М. поступала, было официально объявлено, что школа НЕ математическая, а просто усиленная по разным предметам. На практике уроков математики больше, чем обычно, а программа с третьего класса усиленная. Преподавание включает в себя убыстренный темп, не подтвержденный отработкой материала, массу бессмысленных формальных придирок типа счета клеточек, что, на мой взгляд, может только взбесить или испугать математически одаренных детей, на которых вроде бы должна делать ставку школа, а также бесконечные контрольные на плохо закрепленный материал. С другой стороны, если подумать, нескончаемый поток проверочных с щедро рассыпаемыми в основном по абсурдно-формальным поводам двойками и тройками, безусловно, способствует той бессмысленно-нервозной атмосфере, которая с успехом (в отношении не имеющих педагогического опыта родителей) выдается за учебно-конкурентную. С русским языком (о программе Соловейчик я уже написала) ситуация усугублялась тем, что наша учительница – человек безграмотный, систематически путающий тся - ться, чтобы - что бы, с грубыми ошибками в устной речи. Вот она и должна была запустить волшебную машину СИСТЕМЫ Соловейчик).
Причем мой уровень запросов к образованию учителя начальных классов очень скромный, но в данном случае примечательно сочетание лени и недостаточно тщательно скрываемой безграмотности с потешным, если не считать того, что речь о нервах ребенка, уровнем претензий. Учителя по ОМ и информатике симпатичные и хорошо относящиеся к детям, к ним претензий нет, как и к педагогам по языку, они делают, что могут.
Особенно анекдотической оказалась ситуация с прописями – то есть тем, что школа как раз вроде бы в состоянии дать. Неопытная и ленивая учительница почти не учила детей писать. Всерьез заниматься прописями я отказалась (ввиду того, что и так отвечала практически за всё остальное), поэтому с почерком до сих пор проблемы, и не только у М. В третьем классе на родительском собрании родителей отчитали за то, что плохие дети отвратительно пишут и велели в свободное время заняться прописями. Кстати, это еще один коронный прием: дети сами виноваты. Подходящая случаю мантра: «В нашей ОСОБОЙ школе ребенок не может учиться без помощи родителей!». Вы не думайте, это тоже признак элитарного образования.
Дети вообще виноваты в любой проблеме, связанной с ленью или непрофессионализмом работников школы. Когда в первом классе классного руководителя на пару недель подменила старая строгая опытная учительница, с которой они с М. сразу друг другу очень понравились, она схватилась за голову, потому что дети во второй четверти не умели ничего, и сразу начала писать КАЖДОМУ в тетрадку именно те строчки прописей, который были нужны этому конкретному ребенку, в зависимости от персональных особенностей. Короче, она просто добросовестно и со знанием дела работала. К сожалению, это быстро закончилось.
Зачем же всё это нужно?
Пройдемся по плюсам.
Первое, и главное, это контингент. Семьи, которым удается пропихнуть детей в 1514, в подавляющем большинстве нормальные, заботящиеся о детях и их образовании и готовые вкладывать в это силы и средства. Поэтому в среднем уровень детей будет довольно высокий, от них несложно получить хороший результат. Впрочем, собственно интеллигенции, то есть того специфического контингента, ради которого и стоило когда-то идти в «московскую десятку школ», там мало, М. заметно выделялась речью и кругом чтения.
В школе тепло, уютно, хорошая охрана, гордая тем, что работает в таком замечательном месте. Они следят за порядком и знают всех детей по имени. Есть хорошая бесплатная продленка с разными кружками (особенно если повезет с педагогом, и ребенок впишется).
Возможно, 1514 имеет смысл для так называемых «математических» детей с точки зрения трамплина на олимпиады, конкурсы и т.п. Впрочем, в начальной школе наблюдала пару неприятных ситуаций именно с такими золотыми математическими мальчиками, на которых школе было так же плевать, как и на остальных.

Теперь главная проблема глазами академического гуманитария и преподавателя: это вообще, в сущности, уже не школа. Это комбинат, нацеленный на монетизацию престижа, заработанного совсем в другое время и другими людьми. Я не сомневаюсь, что в старшей школе осталось несколько хороших учителей в старших классах, в начальной может попасться добрая учительница начальной или приятный предметник, но в целом ситуация всегда определяется позицией руководства, а таковая просто не имеет отношения к педагогике.
Вкратце ее можно определить так: мы оказали вам честь, ваше дело сидеть смирно, благодарить, учить самим ребенка, платить в благотворительный фонд и не жаловаться. В любой спорной ситуации виноват ребенок, дети вообще сейчас сложные, у нас нет на них рычагов давления, поэтому они и несут ответственность за любой конфликт (а какие, кстати, рычаги давления на детей могут быть у учителя, кроме авторитета? Пороть, что ли, на горох ставить?). Учить детей учитель тоже не обязан, он отчитывает материал, как в институте, а родители и репетиторы дома отрабатывают, тренируют и отвечают за то, что получится. В порядке вещей социал-дарвинизм, грубость и агрессия, которые никак не модерируются. Учителей и руководство заметно раздражает, если родители пытаются указать на особенно вопиющие случаи отсутствия дисциплины, даже если речь идет о физических травмах. Школа в идеале не отвечает вообще ни за что. Самое уместное состояние ребенка и родителей – чуть нервное, в ожидании бессмысленной двойки или замечания в дневник, и с усвоенным перманентным ощущением, что оказанная честь (учеба в НАШЕЙ школе) не оправдана.

Что получает ребенок, если его семья согласится на всё вышеперечисленное?

Ответ такой: по учебе практически ничего. Может попасться приличная компания. Идеальное сочетание – это семья с деньгами, считающая в порядке вещей, что за все надо платить, благодарить за бренд, вкладывать в школу и т.д., и более-менее беспроблемным ребенком, общительным, адекватным и среднеразвитым. Такой ребенок, особенно если он легкий, понятный, веселый и внушаемый, подойдет даже из семьи без интересных средств, но с правильной установкой на благодарность, готовность учить ребенка вместо школы, считать косяки своей виной и т.д. Кружки и внешкольные занятия официально не приветствуются (замечательное лицемерие при, например, нулевом школьном английском), потому что ШКОЛА важнее всего. Очень хорошо, если родители ничего не понимают или делают вид, что не понимают, в учебе, ее методике и результатах, послушно «ходят к психологу», слушают мантру «доверяйте профессионалам и школе», пишут с ребенком прописи в третьем классе, потому что это он, конечно, виноват, что его не научили толком даже этому, и т.п. Лучше если ребенок подходит для обстановки показной псевдоконкуренции. Если вы соответствуете этому описанию, и вам повезло с учителем, который не возненавидел ни вас, ни ребенка, то может получиться вполне мило.
Особая категория – родители. К моему удивлению, для многих из них школа и школьная компания явно компенсирует дефицит общения и позволяет занять избыток свободного времени и избавиться от скуки. Чрезмерно развитые и нестандартные дети не приветствуются, потому что требуют работы и внимания, кроме того, они выделяются, и это портит ровную среднюю картину.
Могу четко выделить два типажа, которым в школе точно не место.
1. Кто-то вроде нас, то есть люди, готовые научить ребенка сами, понимающие, что такое педагогика, и требующие от школы только доброжелательной интеллигентной обстановки и приемлемой социализации. Если это ваш случай, то будете школу раздражать, ибо градус абсурда таков, что умничать рано или поздно вы начнете неизбежно, а этого делать нельзя. Например, простодушный ребенок по доброте душевной поправит у учительницы какую-нибудь особенно грубую ошибку. Вашей семье школа с ее бессмысленными приставаниями и необоснованными претензиями будет откровенно мешать.
2. Конкретно-требовательный вариант современного мидл-класса, занятые люди, которые много работают, хорошо зарабатывают, знают, что такое труд, серьезно занимаются ребенком и не терпят халтуры. Они привыкли жестко отвечать за свои обязательства и требовать того же от других. Ребенком из такой семьи был друг М., ранний золотой математически-плавательный мальчик, единственный настоящий образец этой породы в классе, стараниями учительницы превращенный в изгоя. Ребеночек наивно поправлял её ошибки, а она искусно организовывала его травлю и ставила четверки по математике. Для его родителей в школе был возмутительно низкий уровень учебных требований:).
Честно говоря, не все в этой ситуации мне вполне понятно. Например, престиж школы, помимо старых запасов, держится вроде бы на «олимпиадниках». Но отношение к потенциальным чемпионам, призерам и будущим обладателям сотни по ЕГЭ по крайней мере на уровне началки совершенно то же, что и к остальным: возникаете – накажем (не пустим на престижную олимпиаду, например), недовольны – утритесь или уходите, не больно хотелось. Объяснением, помимо банальной злобы и глупости училок, может быть то, что администрация (а она кардинально, полным составом, сменилась только на моей памяти) не думает о будущем и долговременных эффектах, потому что не чувствует стабильности. Сегодня «кормление» твоё, а завтра тебя снимут, поминай как звали, и через три дня про тебя забудут все, кроме твоих протеже, недовычищенных преемниками. Здесь и сейчас, а кто будет зарабатывать баллы старшей школе через 5-7 лет, им неинтересно. Если что, свистнем, новые набегут.
В принципе, ради ребенка можно сделать многое: и изобразить энтузиазм, и закрывать глаза, и вкладывать деньги. Вопрос в том, зачем это нужно, что ты и твоя семья получит взамен. Академического результата сейчас или нет, или он отрицательный, так что смысл может быть только в компании «легких» и удобных, укладывающихся в определенные рамки детей и их родителей, не особенно вовлеченных, но зачастую скучающих, не имеющих ничего против некоторой агрессии и невоспитанности в детской среде. Отношение к «умникам» скорее подозрительное.

Вопрос об «умниках» исследовательски интересен сам по себе. Исторически смысл запихивать ребенка в школу типа 52-й был именно в том, чтобы чадо было среди умников помладше, а учили бы умники постарше, и ребенок рос бы в «своем» кругу, избегнув общения с «дворовой» средой. У нынешнего контингента реальные «умники» по формальным профессиональным критериям, например, наша семья, вызывают обычно подозрение и недоверие. Понимание того, что папа М. и те, к кому они так рвутся сдать учить своих детей, особенно в старших классах, это люди примерно одного слоя и уровня общения, отсутствует. Школа и известные педагоги воспринимаются как престижный бренд, к которому обязательно надо быть причастными, как ездить на модный курорт и покупать модную одежду, но представление о том, зачем это всё нужно и что такое вообще образование, в основном утеряно.
В этих условиях М., хороших, но не выдающихся способностей, но со сложной речью, книгами и всем прочим, или ее также выжитый из класса друг-математик, занимающийся математикой с трех лет, со второго класса на английском, в принципе воспринимаются как чужаки, особенно если ребенок нормальный, но всё же требует индивидуального подхода, например, у него трудности в общении, или он возбудимо-эмоциональный. Можно быть интеллигентным или академически продвинутым, даже много читать, но тогда надо быть «легким» и иметь родителей спонсоров-активистов.
А теперь самое смешное. И это все можно было бы потерпеть, потому что маленькие дети консервативны, привыкают к привычной обстановке и плохо переносят пересадку на новую почву. А детей-то берут в школу вполне приличных, при приложении некоторых усилий (чем никто не занимается) вообще были бы золотые дети. Но имеет место не только система, но и человеческий фактор.

Система неизбежно влияет на людей внутри себя, а также склоняет их подбирать тех, кто лучше соответствует заданным критериям. Общее ощущение – повсеместная (с небольшими исключениями) халтура с претензиями. Вспоминая свои встречи с администрацией и психологами разного уровня, я даже не могу сказать, что они какие-то ужасные, некоторые вполне по-человечески симпатичные и вменяемые, явно умные и когда-то по-настоящему работавшие. Но система выстроена так, что дети, их образование и интересы вообще не являются приоритетом. Если возникает объективная проблема с агрессивным или неуправляемым ребенком, то наилучшим решением считается заговорить возмущенным родителям зубы и убедить, что или им показалось, или они виноваты сами. Вариант нормальной регуляции на педагогическом уровне – то есть когда учитель просто делает свою работу – не рассматривается вообще. В крайнем случае, если дело явно идет к криминалу и скандалу, опасного ребенка просто заставляют убрать из школы. Именно такая история (не будем вдаваться в очень неприглядные подробности) была в классе М.
По этой причине школа не вызывает доверия в целом. Если человек радостно и с энтузиазмом встроен в эту систему, с сияющими глазами вещает про «нашу школу» и т.д., то верить в его профессиональные качества нельзя. Это contradictio in adiecto, противоречие по сути. Нельзя сегодня говорить родителям превосходного ребенка, что он не подходит школе из-за несоответствия ее «духу», хотя дело в том, что спонсоров уже набрали, и квота проходимых «середнячков» уже выбрана, а завтра по-настоящему помогать другому ребенку, у которого проблемы из-за бешеного одноклассника или злобной учительницы. И не только из-за того, что неадекватного мальчика нельзя тронуть, так как у него крутейший папа, и он будет издеваться вдоволь над бедными одноклассниками, пока дело не дойдет до уголовщины, или коса найдет на камень в виде еще более крутого рассерженного папашки, а злобная училка «перспективный молодой педагог на хорошем счету». А также и потому, что человек не может быть педагогом или школьным психологом и лгать по сути. Не идти на компромисс, что неизбежно в жизни, а просто цинично лгать, потому что место престижное и теплое, а детей наберем новых не вопрос, а детские слезы - вода. Эти профессии не терпят лжи. Остается оболочка от человека. Если когда-то хорошая учительница начинает относиться к детям в зависимости от подарков или лести родителей, она перестает быть хорошей учительницей и становится хуже, чем плохой. Циничной имитацией.
Новые кадры – это уже достигнутый идеал, без подготовительных стадий. Наша бывшая учительница счастливо соединила в себе модельную красоту и внешнюю воспитанность с ленью, безграмотностью и полным отсутствием собственно педагогических способностей. Под последними я понимаю желание и умение объяснять и учить, от чего человек должен получать удовольствие и отдачу, эмпатию, понимание того, что школьников надо воспитывать, а не предоставлять им превращаться в зверей, и это энергозатратная работа, а не сеансы демонстрации себя, и вообще интерес собственно к детям. К этому добавилось достойное лучшего применения упорство в злобном и мстительном преследовании неугодных ей несчастных малышей.
Аналитически интересен сам факт, что она пошла работать в школу, где при нормальных обстоятельствах человеку ее типа делать вообще нечего. Именно здесь и сейчас этот типаж – сочетание репрезентативности с внутренней пустотой, изначальной коррумпированностью (дорогие подарки принимает со спокойной улыбкой, открыто и совершенно не стесняясь) и принципиальной халтурой – оказывается востребован. Судя по всему, она искренне уверена, что работа учителем – это когда тебе льстят родители, задаривают дорогими вещами и розами (чтобы большие букеты, серьезные, принесенные бедной М., обожающей ее и не догадывающейся о том, как обстоит дело, я никогда не «открывала глаза» ребенку, жалкие тюльпанчики сунула куда-то не глядя) ты вещаешь, а все слушают и восхищаются, а потом ты заполняешь красивый блог с цветочками и мигающими птичками. Дисциплина и знания – это вообще не твоя проблема, поступили в ШКОЛУ, вот сами и учитесь. На собрании ты усталым голосом заслуженного завуча говоришь родителям, что ШКОЛА – самое главное, а они мелко кивают головами и соглашаются. На этом фоне выродки с претензиями вроде нас или семьи друга М., конечно, раздражают, даже если просто сидят и молчат. Ну, довольно банально. В принципе, небанальной здесь была только редкой интенсивности злоба и количество усилий, прилагаемое к столько столь неожиданному для молодой красивой женщины хобби, как тихая, многолетняя, точно просчитанная и тщательно скрываемая мелочная травля детей младшего школьного возраста.
Администрация школы все в таких случаях понимает, но очень редко принимает какие-то меры, даже в тех случаях, когда, казалось бы, конфликтная ситуация может привести к очень неприятным для нее, администрации, последствиям. Например, если имели место травмы или легко подтверждаемое нарушение закона. Логика эта мне не вполне понятна. Объяснением может быть как уже упомянутый образ мысли «временщика», которому все равно, так как сегодня он здесь, а завтра – заведует совершенно другой школой или грибозаготовочным пунктом в Костромской области, так и некоторая неадекватность, порождаемая ненормальной обстановкой, коррупцией и безнаказанностью.
Собственно, за те несколько месяцев, что я собиралась дописать этот текст, в гимназии 1514 разразился многофакторный скандал, в связи с которым начальную школу, кажется, вообще закрывают. Доигрались, и быстрее, чем мы думали.
Так что, дорогие родители, не ведитесь не «бренды» и не бойтесь. Обычно родители оправдывают для себя пребывание ребенка в скверной, но знаменитой школе тем, что «в других местах еще хуже». Да, бывает и хуже. Наверное). А бывает и гораздо лучше. Не бойтесь искать, помните, что только вы отвечаете за ребенка и защитите его. Мы совершенно случайно попали в чудесную школу, где престижно быть умным и получать хорошие оценки, и теперь очень рады. Школа тоже очень рада, получив М., она явно улучшает и еще не раз улучшит статистику. Уже едет по школьному обмену в страну изучаемого языка. Все выпадения волос, обгрызания ногтей и нервы прекратились немедленно. Всем удачи).
* * *
http://newsru.com/russia/31jan2013/puziktuzik.html
Трэш, угар и содомия. Рекомендую обязательно поближе рассмотреть картинки с подписями. Муж рассказывал, что в детстве, наверное, в начале 80-х, на елке в Лужниках видел сказку про "злого Пентаго". Ему очень понравилось. Пентаго был огромный, зеленый и обижал каких-то зверьков. Но здесь, конечно, новый, особенный фарсовый виток неприличия.
* * *
* * *
IMG_3622
Эпическое полотно примерно годовалой давности (с разворотом букв еще непорядок): в середине Прометей срывает с себя цепи, слева Геракл побеждает злобного орла, питавшегося печенью великого титана, со словами: "Ах вот ты какой!" По сторонам парят птицы, возглашая "чирик-чирик", подлетающая справа волшебная крылатая дева - это автор в образе нимфы Ириды (это не богиня Ирида, а самостоятельная единица нового мифологического пространства). И гвоздь программы - восстающие из-под земли, как грибы после дождя, титаны:)).
* * *
В старом учебнике французского языка Може (на мой взгляд, лучшем, первое издание, кажется, 1953 г.): описываются члены семьи Vincent. В её канадской части у monsieur рост 1,75 м. (думаю, он считается явно высоким), у madame (она американка по рождению, имеет право быть довольно длинной) - много, 1,65. Сын-подросток тоже высокий: 1,68 м. Во французской части семьи - у monsieur 1,66, у madame 1,60. Подросшие сын и дочь (17 и 18 лет) примерно такие же (да, всем messieurs и mesdames от 35 до 40, а дети уже взрослые). Супруги еще обращаются к друг другу на "vous" (это, конечно, не так сильно, как русское "вы", но опять-таки - "где вы, снега былвх времён":), какое там "vous" в наши дни...).
Перечитывала биографию Джеральда Даррелла, он был ростом 1,72 м., но о нём упорно вспоминают как о "высоком":)...
Сейчас, кажется, 1,80 для мужчины - это средний рост:)?
* * *
* * *

Почитали тут кулинарную книгу 1972 г. издания «Праздничный стол», которую я с незапамятных времен доставала из шкафа только затем, чтобы припомнить пропорции заварного теста. А тут немного вчитались.

            В числе прочего автор, Лидия Михайловна Лемкуль, предлагает разнообразные варианты меню праздничных обедов и ужинов, а также блюд попроще, если вдруг нагрянули гости.

Некоторые из них впечатление производят странное. Возможно, так готовили в каких-нибудь столовых для членов политбюро, уж не знаю. Продукты или примитивные, причем поданные в совершенно, так сказать, эйдетическом виде: «сыр», «рис», «колбаса», «рыба»; или же совершенно для совка экзотические, типа перепелов, оленины или каштанов. Где советские люди брали перепелов? У нас через дорогу был магазин «Олень», может, там? Рыбы, кстати, очень мало, что характерно, вид указывается редко, иногда пометка – «хорошая рыба»; зато майонезика – много, в основном, банками.

 

Впрочем, пусть рецепты говорят сами за себяCollapse )

Upd: а вот тут  urukhaj.livejournal.com/40234.html#cutid1 комментарий:). Да, вставлен еще рецепт, про закуску из сырков! "Дружба"!

* * *
* * *
Как же я не выношу совка: в сносках к статье инициалы все придется проставлять после фамилий. ГОСТ, так его разэтак. "Сидоров Василий, шаг вперёд!", "Ивановой Клавдии - позор в стенгазете!", "великий русский поэт Пушкин А.С.". Совковая ведь манера выставлять фамилию перед инициалами. А потом для перевода всё переделывать обратно. Кое-где вообще принято сперва - полное имя.
* * *
* * *
А в Москве случайно нет какой-нибудь спецшколы с кулинарным уклоном? А то вчера она, получив на первое похлебку из гороха нут, не велела сыпать сахар в клюквенный морс, "потому что к этому вкусу не подходит сладкий морс", а к второму - спагетти - велела насыпать:). Ибо подходит. Вот что делать, если у барышни в 5 лет четко выявлены прежде всего вот такие предпочтения:)?
* * *
23 февраля ребенок сделал в детском саду папе-защитнику Родины (специализация на военной кафедре: психологическая борьба на французском языке) аппликацию: унылая ракета с красной звездой. Сегодня похвалили за пение песни "Солнечный круг, небо вокруг" (sic!), говорят, надо в хор идти, голос хороший...  Приятно, конечно, тащемто. Я говорю - а почему песня времен холодной войны? Так воспитательницы, голубушки, даже не поняли, что мне не нравится... Говорят, хорошая песня, из поколения. мол, в поколение передается... Горе-горе, святители-святители, как говаривала деревенская бабушка одного приятеля...
* * *
* * *
Прошу прощения, мне просто надо показать модель солнечной системы ребенку, и я не знаю, как это утащить за пределы ЖЖ:)

Перед Вами действующая модель солнечной системы. В натуральную величину.
Слева вверху звук и скорость, справа вверху дата.



Код можно взять у P_I_Fad
* * *
Я сегодня видела древнюю Морлу из "Бесконечной истории" Михаэля Энде (режиссера не помню)! Это была черепаха в зоопарке, бесформенная, поросшая водорослями, как огромный булыжник. Т.е. буквально панцырь весь оброс. Мы решили, что она в спячке, но Морла вдруг всплыла наверх и подышала. А кайман и амурский тигр так и не показались. Зато было много жирафов, обросшие зимней шкурой красные панды, и напоследок, уже в темноте, вылезли и стали кружить по вольеру четыре гиены. Вот:).
* * *
* * *

Previous